Здесь природа развивает в человеке как особое пристра¬стие к мелодии, так и любовь к высокому мастерству. Он не мог не появиться на этой земле. И не может он не обладать некими качествами, привлекательными для людей, вот почему о нем рассказывают с уважением и теплотой. И нельзя было в один хороший день не позна¬комиться с мастером.
Отказавшись сразу зайти домой (день поздней осени смахивал на весенний), сидим под навесом во дворе, опрят¬ном и чистом, как обычно в лезгинских селах. Место ма¬стера очень просто: столик, на нем, как вскоре поняли, заготовки в двух связках для двух будущих чунгуров. На стене висит также непримет¬ный рабочий инструмент, еще тот, старый, оставшийся после отца. Обыкновенная история: случается же, отец и сын со¬шлись на одном и том же лю¬бимом деле… Мастер, худоща¬вый мужчина выше среднего роста и давно вышедший из среднего возраста, не чинясь, рассказывает о технологии своего производства.
- Корпус собирается вот из этих дощечек-клепок. Пи¬лишь заготовки полуметровой длины, а отделанные и при¬веденные в окончательную форму, они будут длиной в 40 сантиметров, толщиной в пять миллиметров. Для при¬дания им положенной формы, сначала их надо кипятить, для чего у меня предназначена специальная форма. После кипячения они становятся достаточно мягкими, затем их фиксируешь вот на этой дере¬вянной форме, куда вставляешь концами и сгибаешь, чтобы обрели округлость корпуса чунгура. Завязываешь верев¬кой и оставляешь сушить. На приспособленном месте над пе¬чью достаточно продержать их в течение суток…
Нам все это интересно? Да, интересно. И Даир Абдураги¬мович продолжает о нехитрых, на первый взгляд, секретах своей работы:
- Для корпуса чунгура у нас используется только тутовая древесина. Такая установи¬лась традиция: тутовое дерево для изготовления чунгура вы¬бралось в течение столетий. Плотное и упругое, оно лучше подходит по своим качествам, хорошо поддается обработке, менее подвержено воздей¬ствию жары или сырости. Мел¬кослойная золотистого цвета древесина отличается красо¬той своего рисунка. Чунгур из него со временем темнеет, обретает, как говорят, «кашта¬новый окрас». Желательно, чтобы дерево было выросшее на обильном солнце, оно и на вид красивее, и звучание чунгура будет приятнее. Сердцевину де¬рева выбираешь отдельно, она идет на шейку чунгура наряду с ореховой, вишневой и про¬чей древесиной. Тут даешь себе больше свободы…
***
В молодости он, Даир Аб¬дурагимович Абдурагимов, учился в гидромелиоративном техникуме в Новочеркасске, затем окончил филологиче¬ский факультет ДГУ (для лез¬гина иметь не один диплом – дело привычное). После университета учительствовал в Карабудахкентском районе в селе Дургели, о котором со¬хранил воспоминания как о хорошем селе с приветливыми людьми. Затем вернулся в Сулейман-Стальский район, в родное село Ашага-Стал, которое, конечно же, тоже считает очень хорошим, где продолжал учительствовать. Надо заметить, что у Даира Абдурагимовича семья вся учительская: жена немногим позже него окончила универси¬тет, профессию родителей пере¬няли сын и дочь, невестка тоже учительница. Впрочем, тоже не удивительно: у нас в селах доста¬точно часто встречаются семьи и династии педагогов.
Потом с Даиром Абдураги¬мовичем что-то произошло, а именно: оставив преподавание языка и литературы, он стал мастером производственного обучения и уже тридцать лет, как ведет у старшеклассников занятия по автоделу.
- Мое любимое состояние – быть за рулем, это началось давно и на всю жизнь, еще в университете мы ходили на
